Проблемы развития цифровой экономики в ЕАЭС

Не успел отгреметь Петербургский экономический форум, в рамках которого «цифровой экономике» было посвящено несколько панельных дискуссий и после которого появилось сообщение о том, что российский Президент «заболел цифровой экономикой»[1], как в татарстанском «Иннополисе» развернулась конференция «Цифровая индустрия промышленной России-2017»[2] (ЦИПР).

На конференции состоялось первое заседание созданной по итогам Петербургского форума рабочей группы при Президенте по цифровой экономике, а также встреча министров по связи и коммуникациям стран ЕАЭС. Каких-то конкретных результатов в плане продвижения «цифровой экономики»  ожидать от этого мероприятия пока не приходится – скорее всего, пока речь идет о попытках консолидировать заинтересованные стороны, прежде всего, от бизнеса. С российской стороны одним из главных бизнес-партнеров выступает «Ростех», который заявил о создании новой компании Russian IT Export (RITE) – очевидно, это является попыткой изменить структуру российского экспорта с сырьевого на высокотехнологичный.

Киргизия также решила не отставать от тренда и первой в ЕАЭС заявила о создании национальной криптовалюты GoldenRock, которая будет обеспечена запасами золотого месторождения[3]. Идея на самом деле инновационная, так как пока ни одна криптовалюта не имела реального обеспечения. Какие преимущества эта инновация даст Киргизии – пока не очень ясно, однако страна явно нуждается в финансовых ресурсах, в том числе для реализации интеграционных проектов в рамках ЕАЭС – на минувшей неделе в Казахстане как раз рассматривался вопрос о выделении Киргизии финансовой помощи, эквивалентной 100 млн долларов для создания инфраструктуры единого экономического пространства, прежде всего в части таможенной инфраструктуры.

Похоже, вопросы реальной экономики пока все же превалируют над экономикой цифровой. Одной из проблем ЕАЭС является девальвация национальных валют, как правило – не согласованная между странами, которая является сейчас едва ли не главной угрозой единству экономического пространства, помимо вопросов политических. Именно ими, похоже, было мотивировано решение Национального банка Белоруссии об исключении российского рубля из состава резервных валют. Несмотря на то, что у этого решения есть вполне объяснимые финансово-экономические причины (официальное объяснение – переход на международные стандарты, в том числе в связи с переговорами с МВФ о предоставлении кредита в более чем 3,5 млрд долл.), его все же следует рассматривать скорее в контексте ставшей все более интенсивной в последнее время «многовекторности» белорусской политики, цель у которой одна – оказать давление на Россию.

Подобного рода «транзакционные политические издержки» существенно снижают эффективность ЕАЭС, который движется вперед столь медленно во многом из-за того, что каждый шаг является результатом очень сложных компромиссов, подчас весьма ситуативных и не ведущих к достижению стратегических целей. В то же время, цена достижения этих целей становится все выше: ЕАЭС «вырастает» между ЕС и китайским «шелковым путем», которые являются мощными центрами притяжения, способными «перетянуть» на себя не только деловую активность и бизнес-группы, но и отдельные постсоветские страны.

Сможет ли ЕАЭС достойно пройти это испытание и обеспечить интерфейс сопряжения с этими проектами? Задача далеко не самая легкая, однако она уже сейчас должна стать одной из главных в повестке данной международной организации и российской политики. Приемлемых альтернатив, похоже, нет. В этом плане «цифровые» инициативы могут дать необходимое решение, однако, они должны сделать это очень быстро и ощутимо для реальной экономики России и стран ЕАЭС. Тогда и в политике, возможно, произойдут изменения. Пока же ЕАЭС, по данным Сергея Рекеды, директора Информационно-аналитического центра по изучению постсоветского пространства МГУ, может похвастаться тем, что занимает первое место в мире по добыче нефти, второе – по добыче газа, третье – по производству чугуна и картофеля[4].

[1] https://www.gazeta.ru/business/2017/06/02/10704773.shtml

[2] https://rg.ru/2017/06/14/cipr-2017-stal-krupnejshim-sobytiem-goda-v-cifrovoj-ekonomike.html

[3] https://www.gazeta.ru/business/news/2017/06/14/n_10175831.shtml

[4] https://souzveche.ru/articles/politics/37576/

читать еще по теме

19 июля 2017
Задачи, стоящие перед президентом, принимают практическое воплощение.
13 июля 2017
1 мая президент Венесуэлы Николас Мадуро объявил о созыве Конституционной Ассамблеи, специального органа власти, который создается для изменения Конституции страны.