Военное присутствие США в различных регионах мира как элемент глобального господства

Военное присутствие США в различных регионах мира как элемент глобального господства (краткое содержание)

В отечественной аналитической литературе, а также в ведомственной военной периодике, изучение военной составляющей американской внешней политики сегодня оказалось в значительной степени фрагментировано. Исследования американской бюджетной политики в области национальной обороны, работы, изучающие современное военно-техническое сотрудничество США с другими государствами, а также аналитические материалы, рассматривающие изменения в сфере военной доктрины, техники и вооружения не склонны уточнять и дополнять выводы друг друга. Как правило, в них отсутствует синтез, который позволил бы перейти к более широким обобщениям, расширяющим наши представления о проблемах американской большой стратегии. По нашему мнению, анализ системы американского передового военного базирования способен пролить свет на некоторые важные и скрытые её тенденции.

Источниковой базой доклада послужили находящиеся в открытом доступе отчеты и статистические данные Министерства обороны США, обзорные материалы различных неправительственных аналитических центров, таких, к примеру, как «RAND Corporation», «AUSA» и «The Heritage Foundation».

Структурно доклад состоит из введения, краткого изложения выводов, пяти глав, заключения и библиографии.

Проблема формирования и трансформации глобальной военной мощи США в XX–XXI вв

Во Введении определяется проблематика, цели и задачи исследования, с тем чтобы представить в общих чертах проблему формирования и трансформации глобальной военной мощи США в XX–XXI вв. В первую очередь — системы передового базирования их вооруженных сил, поскольку к началу XXI века США оказались вынуждены принять на себя ответственность за стабильность в таких регионах мира, как Центральная и Западная Европа, Ближний Восток, Центральная Азия, а также в Азиатско-Тихоокеанском регионе, осуществляя в них военное присутствие на длительной или постоянной основе. При этом международные события последних 10–15 лет оставляют противоречивое впечатление. С одной стороны, они подтвердили готовность США практически любыми средствами сохранять статус крупнейшей военно-политической силы современного мира. С другой — обозначили некоторые признаки надвигающегося перенапряжения и кризиса глобальной военной мощи Америки.

Глобальная мобильность

В разделе Основные выводы доклада в виде кратких тезисов сформулированы следующие положения:

  • Военный бюджет на 2016 г. порывает с традицией предыдущих пяти лет, в ходе которых происходило последовательное сокращение военных расходов.
  • Сухопутные силы США переориентируются с масштабной классической войны на экспедиционные действия.
  • В отличие от эпохи Холодной войны, сегодня США не делают ставку на строительство долговременных, капитальных баз с развитой тыловой инфраструктурой, предназначенных для постоянного размещения большого количества войск и наступательных средств. Основой американской системы передового базирования становятся облегченные модульные базы, состоящие из временных сооружений, на которых войска если и размещаются, то на временной, ротационной основе.
  • Наличие нескольких десятков стационарных и нескольких сотен модульных и временных баз обеспечивает американской армии глобальную мобильность. С их помощью она способна проецировать силу практически в любом регионе мира, вселяя уверенность в союзников и сдерживая потенциальных противников.
  • Американская армия еще не полностью восстановила свою боеспособность, подорванную непрекращающимся участием в боевых действиях начиная с 2001 г. и сокращением бюджетного финансирования, осуществлявшемся администрацией в последние несколько лет.
  • Несмотря на все проблемы и недостатки, вооруженные силы США по-прежнему обладают колоссальной совокупной боевой мощью. С нашей стороны занижение реальных возможностей американской военной машины стало бы большой ошибкой.

Бюджет

первой главе «Военный бюджет США» графически отображается динамика изменений американского военного бюджета в 2000-2015 гг. При этом общая сумма военного бюджета на 2016 г. составит 534,3 млрд долл., что на 38,2 млрд долл. больше, чем военный бюджет США текущего года. Внутриполитические цели, провозглашенные администрацией президента Б. Обамы и предполагавшие в том числе снижение оборонных расходов в период 2010-2017 гг. на 20%, входят в противоречие с военно-стратегическими потребностями США, предполагающими в ближайшее время не сокращение, а, напротив, ˗ наращивание военных расходов.

Организационные изменения в XXI веке

Во второй главе «Вооруженные силы США в начале XXI в.» рассмотрены основные организационные изменения, произошедшие в американских сухопутных войсках после 2000 г. Армия США на сегодняшний день является четвёртой по численности, но при этом технически наиболее оснащённой военной силой в современном мире.

«Двухконфликтный стандарт»

В третьей главе «Роль военной силы в американской внешней политике» делается вывод о том, что угрозы вооруженных конфликтов, к которым США должны готовиться, стали более разнообразными по сравнению с теми, что были 30 лет назад. В этой связи применительно к американскому военному строительству уместно говорить о «двухконфликтном стандарте». Под данным стандартом понимается готовность вооруженных сил США отразить агрессию одновременно на двух и более потенциальных театрах даже в том случае, если одновременно с этим Америка ведет полномасштабную войну где-то еще. Фундаментальной же целью американской стратегии национальной безопасности по-прежнему является защита ключевых внешнеполитических интересов США таким способом, который по возможности исключал бы погружение Америки в дорогостоящие и кровопролитные конфликты. При этом своей неоднократно доказанной на деле готовностью прибегать к сдерживанию посредством устрашения США как бы работают на упреждение возможных стратегических неприятностей в будущем.

Стремление вооруженных сил готовиться одновременно и к большим конвенционным войнам, и к направленным на поддержку ближайших региональных союзников операциям сдерживания через устрашение на фоне пресловутой борьбы с международным терроризмом — все это в совокупности приводит к опасному распылению усилий. Полноценная подготовка ко всем вышеперечисленным вызовам, по сути, неподъемна даже для американской военной машины, несмотря на все те колоссальные ресурсы, что находятся в ее распоряжении. Невозможно одновременно и адаптировать армию к ведению противопартизанских операций, и сохранять ее способность эффективно действовать против регулярного противника в составе крупных общевойсковых группировок на удаленных периферийных театрах. Нельзя быть сильным везде одновременно. Настойчивая же попытка параллельного движения одновременно к нескольким амбициозным целям в конечном итоге таит в себе риск не достичь ни одной из них.

Поскольку стратегия не может быть внятно сформулирована в политическом вакууме, а также без признанных военных целей, основная масса недостатков американского военного планирования обычно проявляется не на уровне тактики или оперативного искусства, а на высшем уровне политики и стратегии. Вместо того чтобы преодолевать исторически характерную для США фундаментальную несогласованность между внешнеполитическими и военно-стратегическими целями, Америка по-прежнему предпочитает полагаться главным образом на своё технологическое превосходство в военной области.

Вопросы к системе передового базирования

В четвёртой главе «Роль системы передового базирования в американской стратегии» идёт речь о том, что в отличие от эпохи Холодной войны, на сегодня в Соединенных Штатах более не существует прежнего консенсуса по поводу необходимости значительного военного присутствия за границей. Но пока еще не сформировалось и ясного видения возможных альтернатив системе глобального базирования, которая уходит своими корнями в середину XX в., а вернее в травматический опыт японского нападения на базу Тихоокеанского флота США на Гавайских островах 7 декабря 1941 г. Атака на Перл-Харбор оставила глубокий след в американской стратегической культуре. В 1943 г., в самый разгар войны на Тихом океане, президент Ф. Рузвельт потребовал от Объединенного комитета начальников штабов разработать план создания такой послевоенной системы передового базирования, которая бы исключила повторение трагических событий 7 декабря. Американские военные аналитики пришли к выводу, что на уровне большой стратегии США не должны допускать доминирования в Евразии какой-то одной державы. Более того, вооруженным силам по возможности следовало встречать такую угрозу на максимальном удалении от американских границ. Изначально данная схема в принципе не предполагала конкретного противника, но ориентировала американскую военную машину на отражение угроз с любых возможных направлений. Целенаправленное создание пояса американских военных баз вокруг СССР началось лишь после 1947 г. Огромные масштабы послевоенного сокращения американского военного присутствия, пусть и косвенно, но говорят о том, что где-то до 1947–1948 годов Вашингтон не считал лобовое противостояние с Москвой фатально неизбежным. И лишь начало Корейской войны дало решительный старт целенаправленному созданию существующей по сей день американской системы передового военного базирования.

Отголоски некоторой «умозрительности», которая как бы изначально оказалась заложена в основу стратегии передового базирования, явственно слышны до сих пор. Причем в первую очередь они дают о себе знать в форме все той же несогласованности военных и внешнеполитических императивов американской политики в области национальной обороны. Опасность заключается в том, что глобальная система передового базирования, сложившаяся в результате потребностей прошлого, может быть неадекватна вызовам будущего. Система глобального передового базирования, называя вещи своими именами, на сегодня необходима в первую очередь с целью сохранения за США статуса мировой сверхдержавы. В отличие от эпохи Холодной войны, ее содержание более не имеет внятной военно-стратегической цели. В лучшем случае дорогостоящую систему передового базирования можно рассматривать в качестве вложения в некое абстрактное будущее, которое неизвестно когда окупится и окупится ли вообще.

Военная мощь США между Европой, Ближним Востоком и Азиатско-Тихоокеанским регионом

В пятой главе «Военная мощь США между Европой, Ближним Востоком и Азиатско-Тихоокеанским регионом» рассмотрена проблема опасного распыления американских военно-стратегических усилий. В отличие от ситуации, сложившейся после окончания Холодной войны, сегодня американскую систему заморского передового базирования практически невозможно сократить без серьезного ущерба для военных возможностей США. К примеру, дальнейшее сокращение американского военного присутствия в Европе отрицательно повлияет на способность армии США эффективно взаимодействовать с союзниками по НАТО. В этом смысле осуществленная в целях экономии возможная ликвидация инфраструктуры для совместной боевой учебы может иметь самые неприятные последствия. При этом в силу географических причин Европа не может играть роль удобного трамплина для быстрого развертывания американских войск на периферийных театрах военных действий.

Стратегическое положение США на Ближнем Востоке осложнено отсутствием в регионе эффективных и лояльных сухопутных сил, на которые Соединенные Штаты могли бы опереться в решении своих политических задач. Проблема сохранения американского военно-стратегического контроля над Ближним Востоком заключается в том, что, хотя обстановка в регионе и требует значительного военного присутствия США, последнее провоцирует недовольство и внутриполитическое напряжение в принимающих государствах. Политически обусловленная чувствительность принимающих стран к факту американского военного присутствия на фоне их потребности в подобном присутствии создает трудноразрешимое противоречие.

В вопросе дальневосточного поворота американской внешней политики провозглашается необходимость укрепления безопасности в Азиатско-Тихоокеанском регионе. США предполагают на десятилетия вперед сохранить сильное военное присутствие в Северо-Восточной Азии. Декларируется намерение и далее поддерживать дружественные, ровные и партнерские отношения с Китаем. При этом подразумевается, что было бы желательно, если бы Пекин согласился принять на себя часть ответственности за поддержание стабильности в регионе. Однако именно в Азиатско-Тихоокеанском регионе вооруженные силы США испытывают наиболее серьезную потенциальную угрозу, поскольку основные районы их дислокации оказываются в зоне действия высокоточного оружия НОАК.

Заморские базы продолжают играть огромную роль в сохранении глобального военного господства США. Расходы на содержание системы передового базирования весьма внушительны, однако в масштабах американского военного бюджета они остаются в целом терпимыми. Политические же и военно-стратегические выгоды от содержания передовых военных баз в важнейших для США регионах мира трудно переоценить.

Заключение. Неясность цели разнонаправленных усилий

В Заключении утверждается, что система передового военного базирования США весьма пластична и в нее постоянно вносятся те или иные изменения. В годы Холодной войны, особенно после 1950 г., в центре внимания американского командования находились потенциальные театры военных действий в Западной Европе и на Дальнем Востоке. С началом 1990-х гг. после крушения СССР и частичной нормализации отношений с Китаем резко возросло военно-стратегическое внимание к Ближнему Востоку и Центральной Азии, где Соединенные Штаты провели три крупные военные кампании, о долгосрочных результатах которых судить пока еще преждевременно. Наконец, в последние годы администрация президента Б. Обамы начала последовательный внешнеполитический разворот в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона, что также повлекло перегруппировку военных сил внутри данного театра.

Однако на уровне американской политики и большой стратегии сегодня чувствуется как бы бесцельность разнонаправленных усилий США. Сегодня прямолинейное стремление к превосходству по всему диапазону военно-технических усилий над любой комбинацией потенциальных противников едва ли может служить ключом к успеху. Несмотря на то что военно-стратегическое положение самих США остается практически неуязвимым, американские вооруженные силы, судя по всему, оказываются не в состоянии параллельно решать такие задачи, как ведение боевых действий в любой точке земного шара при гарантированном сохранении военно-стратегического контроля над всеми важными для американских интересов регионами мира. Этого не позволяет добиться даже пресловутый «двухконфликтный стандарт», в соответствии с которым строятся американские вооруженные силы.

Сегодня, как и в середине 1940-х гг., американской стратегии передового базирования, в первую очередь, недостает именно ясности и конкретности. Американская политика не формулирует для американской стратегии адекватных и посильных для нее задач. Опыт прошлого говорит о том, что если политика последовательно ставит перед стратегией цели, недостижимые военными средствами, успех становится невозможным. Вернее — военные успехи просто не конвертируются в долгосрочные политические преимущества. А это и есть то уравнение квадратуры круга, которое Америка безуспешно решает как минимум с 2001 г.

читать еще по теме

18 ноября 2016
22 ноября на факультете политологии МГУ имени М.В. Ломоносова пройдет круглый стол на тему «Восточный вектор российской государственной политики: вызовы и возможности».
15 июня 2016
Анализ актуальных данных о военной составляющей американской внешней политики
15 ноября 2018
Авторы Атласа ставили своей целью определить максимально широкий круг структур, которые получили англоязычное название “think-tank”.